После сытного ужина в голове потяжелело и неумолимо потянуло в сон, но паранойя решительно воспротивилась такой безответственности. Спать в чужом месте за пыльной шторой вместо двери?

         Я глянула на штору, перевела взгляд на кровать, затем на плачущее дождем окно... Да, пошли они все погулять по пустошам... Сегодня сплю здесь, пусть даже сотня проклятых теней решат заглянуть на огонек.

         Притушила лампу, оставив слегка тлеть. Легла, не раздеваясь, укрывшись запасным плащом, поворочалась и поняла, что не засну. Сверху скрипело, надрывно и тянуще, снизу доносился шум ужинающих в зале людей, крупные капли стучали в окно, будто просясь пустить их в дом.

         Ругнулась, крутанула колесико лампы, оживляя темноту язычком пламени, достала из-под кровати мешок, выудив оттуда сложенную веревку.

         Нужный гвоздь, наполовину вбитый в стену и загнутый, чтобы не торчал, нашелся сразу. Я поддела его кинжалом, заставляя слегка распрямиться. А что у нас с другой стороны? С гвоздями больше не повезло, но оставался сундук. Пыхтя, подтащила его вплотную к шторе. Сундук встал ровно от угла кровати до занавески. Второй конец веревки зацепила за отогнувшуюся с угла металлическую обивку. Не слишком надежно, но уронить незваного гостя, что шагнет за штору, хватит.

         Кинжал сунула под подушку, меч в ножнах положила рядом, мешки под окно и, наконец, легла спать.

         Сквозь сон слышала, как хлопали двери на этаже, как укладывались постояльцы на ночлег, а затем все затихло, и трактир постепенно погрузился в сон.

         Под утро меня разбудил стук копыт под окном, а может это было знаменитое везение Таль-Сорецки, о котором так много рассказывал дед. Поворочалась, ловя остатки сновидения и уже почти заснула, когда раздавшиеся на лестнице шаги заставили замереть и прислушаться.

         Свистящий, еле слышимый шепот, и я покрываюсь холодным потом.

         - Куда дальше?

         - Вот там, в конце. За шторой. Видите? - голос трактирщика. Сдал, сволочь.

         - Да, у тебя тут, как в заднице. Ни проклятого не видно.

         Чиркает спичка о коробок, и пятно света выползает из-под шторы.

         - Свободен.

         Сопение трактирщика затихает на лестнице, я слышу, как он спускается вниз, а вот шагов гостя не слышно. И это плохо, очень плохо.

         Кинжал зажат в руке, ноги медленно спускаю на пол. Спичка догорает, и все снова погружается в темноту.

         За окно уже сереет, и закуток перестает напоминать темную дыру. Я довольно четко различаю штору, сундук, мешки под окном. Пол под босыми ногами не теплее льда. Надо бы надеть сапоги, но скрипучая кровать может раньше времени выдать мое пробуждение, и тогда гость не будет так беспечен.

         Затаив дыхание, я вслушиваюсь в тишину. Пальцы на рукоятке кинжала немеют от напряжения. В доме тихо, лишь с улицы доносится шум ветра, зато дождь не слышен, и это радует.

         Скрип половицы, и сердце замирает. Еще один, уже ближе. Медленно отодвигается край занавеси, я прикрываю глаза, оставляя лишь маленькую щелочку под ресницами.

         Если бы гость продолжил осторожничать, у меня бы ничего не вышло. Но что-то привлекло его внимание. Может, заметил очертание меча под одеялом или не понравилась моя поза, хотя ноги я прикрыла плащом. Не суть. Гость резким движением рванул ко мне, по пути ожидаемо наткнувшись на веревку. Он еще попытался удержаться, рукой зацепившись за штору, но по возрасту штора была не моложе дома, а потому с треском оборвалась, обдав нас тучей пыли.

         Последующее падение, я встречала, стоя на полу. Мне и делать особо ничего не пришлось - так немного придать нужную траекторию телу, чтобы гость перелетел через низкую спинку и приземлился на мою кровать.

         Прыгнула сверху, и под жалобный скрип пружин приставила кинжал к открытому горлу, второй рукой обшаривая тело мужчины на предмет неожиданностей. Дважды повезло, что при обрыве шторы гость выпустил из рук кинжал, и тот, звякнув, улетел под кровать. То ли больше оружия у него не было, то ли он оставил меч в конюшне, решив, что тот ему не пригодится в тесных комнатах трактира, но я ничего опасного не нашла.

         - Дернешься, прирежу, - шепотом пригрозила на всякий случай, плотнее прижимая острое лезвие к белеющей в полумраке коже. Гость дергаться не стал. Упал он крайне неудачно, утянув за собой штору, и сейчас лежал погребенный под её тяжестью. Из-под слоев ткани виднелись подбородок, шея и верхняя часть кожаной куртки. В такой позе особо не повоюешь, даже если тебе угрожает кинжалом лишь слабая женщина.

         - Значит, твой коняка был, - гость позволил себе дерзкую улыбку, я зашипела от злости, понимая, что теряю инициативу, и штора долго его не удержит.

         - Попалась, ведьма, - подтвердил он мои предположения, и даже не дрогнул, когда я вдавила лезвие в кожу, и вниз потекла алая струйка крови.

         "Да, чтоб тебя проклятые забрали!" - выругалась про себя. Оглянулась по сторонам. Решение созрело мгновенно. Гость попытался уклониться, скатиться с кровати, освободить руки, но я была быстрее, опустив со всего размаха пустой кувшин ему на голову. Мужчина дернулся, закатил глаза и обмяк.

         Пару мгновений я прислушивалась к спящему дому, но в тишине слышался лишь бешеный стук собственного сердца. Мы шумели, но, видимо, недостаточно громко, чтобы заставить любопытных сползти с кроватей и выйти в коридор.

         Дальнейшее заняло минут пять не больше. Тратить время на связывание мужчины я не стала. Смысл? Все равно, скоро начнут просыпаться постояльцы и его найдут. Да и маловероятно, что он очнется быстро, все же приложила я его со всей дури испуганной курицы.

         Сняла веревку - еще пригодится, сунула непросохшие вещи в мешок - потом разберемся, надела сапоги, взвалила мешки и на цыпочках спустилась вниз. На каждый скрип останавливалась, обливаясь потом и ожидая гневного окрика, но пронесло.

         На выходе не выдержала и наведалась на кухню, потратив еще пару драгоценных минут на ограбление кладовой. Пополнив припасы, выскочила во двор.

         Еще никогда я не седлала Орлика с такой быстротой. Рядом с моим конем обнаружился чужой, не расседланный, и даже седельный сумки не были сняты. Я сунула любопытный нос в одну - одежда, вещи, а вот во второй были бумаги под печатями, часть явно зачарованные. Кинула взгляд на бланки. Куда уж без тебя, тайная канцелярия, чтоб вас всех разорвало!

         Прямо за воротами пустила коня в галоп. У меня был примерно час форы, свернуть в лес всегда успею, лучше пока воспользоваться пустынной дорогой и валяющимся без сознания агентом. Однако гость был прав. Орлик - слишком приметный конь, чтобы и дальше продолжать на нем путь. Как не жаль, придется расставаться.

         Глава вторая

         Зеленое озеро

         Орлик практически летел по дороге, копыта со звонким цоканьем касались мокрых после дождя плит, а сосны, стоящие вдоль тракта, отражали и множили эхо нашей скачки. Я боролась с желанием пришпорить коня, еще и еще, чтобы оказаться, как можно дальше от трактира, от того момента, когда очнется ночной гость. Душу заливал пьянящий восторг - ушла, улизнула, оставила в дураках! Скинула капюшон, сняла шляпу, позволяя ветру безнаказанно ворошить волосы. Щеки горели, на губах играла улыбка. Получилось!

         Встающее за лесом солнце протягивало розовые тени по серому мху, в кустах раздавались первые перепевы лесных птиц, прошедший ночью дождь оставил после себя сладкий привкус свежести, и казалось, что это замечательное утро радуется вместе со мной.

         Уж не знаю, кого благодарить за подобное везение, но сегодня мне чудом удалось уйти из жадных лап тайной канцелярии.